У французских монархистов есть прекрасный термин, очень емко выражающий сущность их мировоззрения — royalisme. На русский язык перевести это слово практически невозможно. Оно является производным от ROI — ЦАРЬ, КОРОЛЬ. Дословным аналогом «роялизма» в русском языке мог бы быть «царизм», но под последним у нас стало принято понимать только определенную политическую систему, а вовсе не систему взглядов. Слово же «царист» (подобно «роялисту») вообще выглядит искусственно.

Между тем совершенно очевидно, что наименование «монархист» несколько расплывчато. Монархист есть сторонник Монархии, т.е. власти Одного. Монархистами именуют многих, и по формальным признакам действительно многие подходят под это определение. Монархистами можно назвать и подданных Иакова II Стюарта, и сторонников Вильгельма Оранского; и верных слуг Людовика XVIII, и сторонников Наполеона Бонапарта...

Роялизм гораздо более конкретен. В нем присутствует идея служения Государю, поставленному от Бога. Здесь мы видим уже не отвлеченную философию, а её жизненное выражение, правильную реализацию. Монархистов можно быть ради каких-то выгод, из соображений временной полезности или во имя чего-то постороннего. Роялист остается роялистом всегда, в любых, самых безнадежных условиях. Преданность Государю для него стала высшим принципом, главнейшей целью. Идея Монархии в его сознании неотделима от личности Законного Монарха и вне ее утрачивает всякий смысл.

В русском языке существует другое слово, которое, имея иное образование, полностью соответствует «роялизму» по духу — «верноподданность». Имя «верноподданного» наиболее предпочтительно для подлинного российского монархиста, т.е. монархиста, основывающегося на русской религиозной и исторической традиции, а не на абстракциях и собственных выдумках.

Миросозерцание верноподданного зиждется на трех неразрывно связанных между собой основах. Первой из них, разумеется, является МОНАРХИЗМ, т.е. признание Монархического устройства единственно Богоустановленным, и следовательно, естественным и обладающим максимально возможным совершенством. Будучи сторонниками Самодержавия и стремясь к восстановлению именно этой, исторически присущей России формы Государственности, верноподданные считают искусственным противопоставление Монархии Самодержавной и Монархии Конституционной. Конституционность, как комплекс определенных установлений и самоограничений, свойственна любой Монархии. Вопрос здесь лишь в том, чтобы Конституция или Основной Закон утверждал принадлежность Верховной Власти Императору.

Во избежание ненужных споров в настоящее время в своих программных документах верноподданные стараются избегать дополнительных характеристик Монархии, считая, что необходимо сперва восстановить сам принцип государственного устройства, а потом постепенно совершенствовать его формы. Объем политической власти Государей — величина переменная, и зависит от множества объективных и субъективных факторов. Вечным же и неизменным остаётся Их статус Носителей Божественной Власти и Отцов Нации.

Второй основной идеологии верноподданных является ЛЕГИТИМИЗМ, т.е. принцип Законности и Династичности. Легитимизм в самом широком смысле этого слова означает преемственность права и законопослушание во всем. Он формирует в Нации уважение к любому закону и тем самым создаёт подлинно правовое государство. Династическое право есть вершина Легитимизма. Акт о Престолонаследии гарантирует непрерывность Верховной Власти и освобождает ее Носителей от какой бы то ни было посторонней зависимости. Законное наследование прав и обязанностей Императоров Всероссийских обеспечивает продолжение существования де-юре и делает возможным ее фактическое восстановление в любой момент.

Но и имя легитимиста неисчерпывающе. Одного признания юридических прав Главы Династии явно недостаточно. Чьё-либо признание или непризнание не может ни прибавить, ни убавить прав ИМПЕРАТОРСКОГО Дома, закреплённых в неприкосновенных статьях Основных Законов Российской Империи. Признавать статус Государыни могут не только монархисты, но и люди равнодушные к Монархии, и даже её принципиальные противники. Для двух последних категорий ничего не стоит говорить о том, что права Великой Княгини действительно неоспоримы с точки зрения Акта о Престолонаследии, но в современных условиях это будто бы определяет лишь Ее положение в собственной Семье, и не более того. Для подлинных же монархистов, понимающих значение Династии, необходимо проникнуться духом третьей основы нашего мировоззрения — СЛУЖЕНИЯ.

Верноподданническое служение, преданность Законным Государям оживотворяют теоретические и юридические принципы, составляющие монархическую идеологию. Для тех, кто постиг эту истину, Монархия как бы расцветает тысячами красок. Нельзя выразить словами счастливое, спокойное и уверенное состояние, испытываемое от сознания того, что мы уже находимся на царской службе, что для нас Монархия уже стала реальностью.

Верноподданость есть не только система взглядов — это образ жизни. Неважно, на каком поприще Бог судил нам исполнить долг перед Династией, которой целовали Крест на веки вечные наши предки. Рабочий, крестьянин, офицер, профессор, студент — каждый сейчас, находясь на своем месте, способен внести весомый вклад в воссозидающийся фундамент величественного здания Православной Легитимной Монархии.

Что бы мы ни делали, наши помыслы всегда обращены к будущему торжеству Царства и возрождению Империи. Жизнь наша — за Государыню, и смерть — за Нее, и нет ничего, чтобы мы не отдали на Алтарь служения Ей и Ее Делу.

К.и.н. А. Н. ЗАКАТОВ